Официальный сайт
Всероссийской школьной
библиотечной ассоциации

Первая страница | Читаем официальные материалы | Наши проблемы | Заочная школа библиотекаря | В объективе - регион | Конференции, совещания, семинары | Повышаем свою квалификацию | Адрес опыта | Из истории российского учебника | С компьютером на "ты" | Диалог поколений | Сценарии | Библиограф рекомендует | Читалка "ШБ" | Журнал в журнале | Диалог поколений | У наших зарубежных коллег | Звонок на урок |



17.08.2003 Книга и профилактика детской (подростковой) агрессии и насилия

?Единственное радикальное средство против экстремизма и жестокости ? пишет автор нижеприведенной статьи, ? это воспитание всесторонне развитого образованного и гуманного человека, патриота своей страны. В условиях рыночной экономики роль такого воспитания возрастает еще и потому, что готовит людей к социальному партнерству и сотрудничеству ? залогу стабильности и процветания нашей Родины.
А воспитать таких людей, приобщенных к высотам человеческой культуры, повторяем, без книги и принципиального улучшения руководства детским чтением невозможно?. ?Если ты обижаешь человека другой национальности, ? значит, ты обижаешь свою Родину, свой народ, потому что позоришь их?. Психологи утверждают, что любовь к Родине ? врожденное чувство, данное человеку от природы. Для радости бытия дети, подростки, юноши жаждут любить Родину, гордиться ею и очень огорчаются, когда слышат хулу своей стране?.


И.Н.Тимофеева,
старший научный сотрудник
Российской национальной библиотеки, Санкт-Петербург.(Взгляды А.Гуггенбюля и В.Сухомлинского)

?Зловещее очарование насилия? ? так называется монография выдающегося швейцарского психолога и педагога Аллана Гуггенбюля. Он является президентом Института по оказанию психотерапевтической помощи школам в разрешении конфликтных ситуаций и прекрасно знает жизнь и практику 1). Большая заслуга автора заключается в том, что он показал колоссальные масштабы жестокости и насилия в детской, подростковой и юношеской среде. Если на уровне бытового сознания экстремизм связывается, в основном, с криминалом, то в книге показано его поистине всеобъемлющий характер, начиная с семьи, детского сада, потом ? в школе и на улице. Поражает не только масштаб агрессии, но и нравственная неразвитость ребят, угрожающая самим основам человеческого бытия.
По долгу службы А.Гуггенбюль ежедневно сталкивается с демоном насилия: в школе подростки избили учителя, одноклассники изнасиловали в классе ученицу? Если такие формы, к счастью, не являются массовыми, то издевательство над теми, кто слабее ? норма быта: одного мальчика заставили целовать кроссовку одноклассника, другому на день рождения подарили кассету, но когда счастливый мальчик дома поставил ее, то услышал брань в адрес своей мамы? Особенно отвратительны поступки с налетом сексуальности.
Все более грозным становится массовый экстремизм, когда хулиганство возводится в ранг традиций. Так, в Цюрихе в последний день учебного года ребята подрывают почтовые ящики, разбивают витрины магазинов, поджигают мусорные ящики и даже автомобили. ?Таков мир, в котором живут наши дети?, - обобщает честный ученый.
Большая заслуга автора заключается и в том, что он вскрыл глобальную причину невиданного прежде разгула агрессии и насилия. Читая исследование, видишь парадоксальную картину: оказывается? рост насилия связан ? с гуманизацией семьи и школы, которая (гуманиазция), в свою очередь, - результат таких прогрессивных явлений, как демократизация общества и защита прав человека. Мировой опыт показывает, что демократические свободы и ценности предъявляют к человеку, а, следовательно, и его воспитанию повышенные требования. На практике же все оказалось с точностью наоборот. Дело в том, что еще лет 30 тому назад в Швейцарии, как и в некоторых других странах Европы, обязательным атрибутом школы был ремень, а после его отмены педагоги бросились в другую крайность ? абсолютизировали свободу ребенка и принизили роль воспитания, усмотрев в нем насилие и ущемление прав. Отсюда противоречивость педагогики А.Гуггенбюля как теоретика и практика. В начале 90-х годов у нас тоже переняли эту ошибочную теорию, что принесло нашей стране и детям большой вред 1). Мы слишком долго жили за ?железным занавесом?, поэтому идеализировали зарубежные страны, а, главное, не сумели осмыслить величие учения В.Сухомлинского, которое впитало в себя лучшие традиции отечественной педагогики, и не смогли подарить его человечеству.
Для педагогики В.Сухомлинского характерен приоритет духовности: бытие определяет сознание, но ведь и сознание определяет бытие. В.Сухомлинский блистательно раскрыл эту диалектику, показав могучую силу и огромное значение воспитания: ?Три несчастия есть у человека: смерть, старость и плохие дети. Старость ? неотвратима, смерть ? неумолима, перед этими несчастьями никто не может закрыть двери своего дома. А от плохих детей дом можно уберечь, как от огня?.
И сегодня, когда с Запада накатывает на нас волна насилия и разврата, усмотрим в этом наказание за нашу невольную вину и постараемся вместе с зарубежными коллегами разобраться в нашей общей беде, чтобы помочь детям.
Аллан Гуггенбюль ? педагог трагического звучания, потому что не верит в победу добра над злом. Вот как об этом сказал он сам: ?гармония человеческих отношений - это утопия, однако возможно нам удастся научить детей и подростков выяснению отношений без нанесения серьезных увечий; их споры, борьба и перебранки не должны переходить в мордобитие?. Благородный человек, душой болеющий за каждого ребенка, он обратился к нам со страстным призывом: ?Когда школа становится местом пыток и мучений детей, а разборки во время перемен перестали носить характер безобидных шалостей, учителя, психологи и родители не могут делать вид, что это не их ума дело и должны попытаться найти выход из создавшейся ситуации?.
Безысходность педагогики А.Гуггенбюля проистекает из его представления о теневых сторонах человеческой природы как об основополагающих и непобедимых, отсюда ? недооценка воспитания. В сущности, вся его педагогика направлена на преодоление конфликтов, которых при нормальном воспитании и быть-то не должно. Вот характерный пример. Мальчики по дороге в школу забавлялись тем, что срывали со слабовидящей девочки очки и потешались над ее беспомощными движениями и плачем. Ясно, что перед нами педагогически запущенные ребята, но в книге не об этом речь, а о фатальном ?зловещем очаровании насилия?. Ошибочность позиции наглядно видно в сравнении с педагогикой В.Сухомлинского, который считал, что мальчик уже в 8 лет должен понимать, что он мужчина не только в будущем, но уже сейчас, и вести себя соответственно как защитник и покровитель слабых, самоутверждаясь на этом благородном чувстве, глубоко заложенном природой в натуре мужчины, отца. В.Сухомлинский, в отличие от А.Гуггенбюля, считал воспитание величайшим благом для ребенка в детстве и на всю жизнь, при этом он делал ставку на светлые стороны человеческого естества, которые тоже являются "антропологической константой" потому что без любви не может быть и жизни. Кошка не только ловит и ест мышей, но и самоотверженно любит своих котят. Своей работой учителя и директора школы В.Сухомлинский доказал, что человек с детства и навеки может жить в гармонии с самим собой и с миром. В его школе отношения между учениками, между учениками и учителями были ?тонкими и нежными?.
Такую же гармонию В.Сухомлинский стремился установить между ребенком и его родителями, между ребенком и окружающими его людьми. В книге ?Как воспитать настоящего человека? (М.: 1990 г.) есть такие главы: ?Как учить детей любить своих родителей?, ?Как воспитать гармоничные отношения между родителями и детьми?, ?Как воспитать в своем питомце способность к соучастию и сопереживанию?, ?Как воспитать у детей доброжелательность?, ?Как побуждать детей к благородным поступкам??, ?Как учить чуткому и тактичному поведению? и т.д.
Значение этой повседневной, целенаправленной работы становится особенно очевидным, когда читаешь книгу А.Гуггенбюля и видишь, какие трагедии происходят, когда отношения между людьми не облагораживаются культурой, воспитанием. Даже отношения между родителями и детьми, самыми близкими и родными людьми, доходят до неприязни и даже яростной ненависти (?Проблематика отношений родителей и детей?, ?Недовольства и споры суровая реальность семейных отношений?). А.Гуггенбюль тонко вскрывает психологические причины конфликтов между родителями и детьми, но считает их фатальными, неизбежными.
Говоря о противоречивости книги А.Гуггенбюля, надо сказать, что глубоко и всесторонне проанализированная жизнь вопиет против ошибочных установок. Так, автор одобряет, когда учитель перестает быть ?авторитарной? фигурой и становится ?членом группы?, но из приведенных примеров видно, что дети чувствуют фальшь положения и получают уродливое развитие. Так называемые лидеры ?становятся негодяями и самодурами?, потому что утверждаются за счет унижения и страданий других детей, которые, в с вою очередь, растут забитыми и несчастными. Ошибочная теория, принижающая роль воспитания, ниспровергается и блистательной деятельностью самого А.Гуггенбюля, которая, по сути, является педагогикой в самом высоком смысле этой великой науки. Исходя из объективных законов психики, ученый анализирует формы проявления детской и подростковой агрессивности и предлагает практические способы управления ею, указывая наиболее эффективные методы разрешения и даже недопущения конфликтов.
Страницы о работе экспертной группы по оказанию помощи школам в преодолении конфликтов ? одни из самых интересных и поучительных. Только один пример ? ?эксперты стремятся отыскать и активизировать собственные ресурсы класса? Речь идет об усилении позиций той части учащихся, которые способны позитивно влиять на класс, наделены миротворческим потенциалом. В результате этого, право решающего голоса перейдет от трудных подростков к детям, хорошо адаптирующимся в коллективе. Но ведь это ? полное совпадение с теорией нашего А.Макаренко о формировании человека через коллектив, которым дирижирует умный педагог.
Подчеркнем положения книги, особенно актуальные для российской педагогики сегодня. Традиционно в нашей стране причину агрессии и насилия видели только в социуме, хотя такая позиция заводила в тупик, потому что не давала возможности понять, почему в одних и тех же обстоятельствах разные люди и ведут себя по-разному, одни становятся бандитами, а другие преодолевают жизненные трудности толерантным путем. В книге А.Гуггенбюля тоже рассматриваются общественные проблемы (о трудных семьях, о проблемах детей эмигрантов, о столкновениях на этнической почве), но основное внимание сосредоточено на глубинно-психологических корнях феномена насилия, которое исходит из глубочайших недр нашей души и является ?антропологической константой?. Такая установка ориентирует на поиски глубинно-психологических причин повышенной агрессивности того или другого ребенка в связи, как с его наследственным фактором, так и с обстоятельствами жизни (?Насилие ? измерение нашего бытия?, ?Опасность ?пуританской? позиции?, ?Что нас пугает в наших детях?).
Очень актуальны для нас и главы, где анализируется групповая психология детей (?Власть банды?, ?Школа в качестве арены деятельности банды?). Основой работы с детьми А.Гуггенбюль считает организацию их жизни и больше значение придает традициям, ритуалам, и в этом он идентичен нашей педагогике, в частности, В.Сухомлинскому (?Хоумбой? или потребность в создании собственного мифа?, ?Ритуалы как средства против насилия?). Остановимся на этом подробнее. Однажды мне довелось услышать, как опытный, мудрый директор одной из Петербургских школ сокрушался по поводу развала пионерской организации: ?Вместо того, чтобы просто снять политическую риторику и оставить гуманистическое содержание и великолепно разработанную методику воспитания, порушили все. Теперь не знаешь, как и работать?? Глубину и тревогу этого заявления я поняла, когда узнала из книги Гуггенбюля, что групповая психология ? глубинное свойство психологии ребенка и что потребность ?членства в группе? необходима ему для душевного комфорта и познания человеческих отношений. ?В группе происходит спонтанное обучение жизни в социуме?, - утверждает автор и делает важное заявление: ?дети в группе получают знания, которые невозможно включить ни в один школьный предмет?. Наблюдая за своей внучкой Настей (9 лет), вижу, как обеднили ее детство, как бы она хотела быть сначала октябренком (назовите по-другому, если не нравится), потом ? пионеркой и с какой бы радостью шагала с друзьями по ступенькам нравственного и гражданского возмужания. Летом была в лагере. Самое сильное впечатление это, когда на утренней линейке поднимали флаг и пели гимн. Флаг, гимн, галстук ? все связано с государственной символикой России. Понравился и девиз: ?В борьбе за счастье Родины и дружбу народов будьте готовы!? ? ?Всегда готовы!?
Национальное достоинство предполагает уважение и симпатию ко всем народам, что легко объяснить даже малым ребятам: ?Если ты обижаешь человека другой национальности, ? значит, ты обижаешь свою Родину, свой народ, потому что позоришь их?. Психологи утверждают, что любовь к Родине врожденное чувство, данное человеку от природы. Для радости бытия дети, подростки, юноши жаждут любить Родину, гордиться ею и очень огорчаются, когда слышать хулу своей стране. Как-то, в годы холодной войны мой покойный муж, учитель, рассказывал, как однажды ему довелось утешать девочку, дочь работника американского посольства, которая заплакала на уроке, услышав критику в адрес США. Печаль наших детей в подобных случаях не меньше, только мы ее не замечаем.
А.Гуггенбюль убедительно показал, что групповая психология ? объективная реальность и в случае, когда взрослые не управляют ею, ребята сами сбиваются в группки, стаи. Для этих групп характерно жесткое подчинение своих членов, агрессивное поведение и самостоятельная выработка идеологии (мифологии), цель которой противостоять миру взрослых, шокировать его.
В связи с этим не могу не сказать о так называемых скин-хедах (бритоголовых), которые рядятся в фашистские одежды, избивают инородцев и славят Гитлера. Как-то по телевизору показывали парня лет пятнадцати, а может меньше. Спрашивают: ?За что били девочку?? ? ?За то, что китайка? (в смысле китаянка) тупо отвечает он. Как же мы виноваты перед своими детьми!
В начале 90-х годов СМИ, выполняя определенные установки, долго и жестоко унижали Россию. Президент В.В.Путин положил этому конец, чем заслужил признательность народа, но рецидивы устойчивы. Недавно по телевизору показывали неуважительную передачу о Зое Космодемьянской, и подумалось, что из всех форм иждивенчества самая подлая ? неблагодарность к защитникам Отечества. А в связи с 60-летием гибели ?Молодой гвардии? в Краснодоне с экрана телевизора, и опять по первому каналу, прозвучала весьма двусмысленная оценка их борьбы, и вспоминались слова В.Сухомлинского: ?Стыдись, если в твоем сердце нет святынь!?. Унижение россиян усматриваю и в том, что русское искусство, с его гуманистическими традициями вытесняется с экранов телевизора и радио эфира низкопробными зарубежными произведениями, пропагандирующими зло и насилие, а в музыке ? примитивизм. Дети и подростки воспринимают засилье иностранщины двояко: с одной стороны, они подражают ей в моде, музыке, манерах. А, с другой, ? неосознанно тоскуют о своем, родном. Если к этому добавить нравственную неразвитость и необразованность, незнание истории второй мировой войны, то станет понятным такое дикое, невероятное для нас явление, как идеализация А.Гитлера. Опыт мировой истории показывает: народ, нацию унижать нельзя ? это опасно!
Вернемся, однако, к педагогике А.Гуггенбюля, который считает, что для профилактики и борьбы с детской (подростковой) агрессией и насилием детям (подростка) надо рассказать о существовании теневых сторон в природе человека и мобилизовать их внутренние силы для самоконтроля, для подавления в себе агрессии. С этой целью проводятся сеансы психотерапии, на которых ребята читают сказки, мифы, рассказы, истории. Казалось бы, все правильно, но вызывает возражения характер произведений: ??все предлагаемые истории должны оставаться в диапазоне от зловещего до устрашающего. Все они полны сцен ужаса, в которых людям отрубают голову, сжигают их. Четвертуют или подвергают преследованиям чудовищ. Все, что мы рассказываем детям, проникнуто ощущением страха??. Но и это еще не все, по мысли А.Гуггенбюля важно, чтобы дети сами создавали собственные картины ужасов, а не только получали их в готовом виде из книг и фильмов. Тогда, пережив этот кошмар виртуально, дети избавляются от потребности инсценировать его в жизни (?Работа с классом: мифодрама?, ?Путешествие Александра?). Конечно, ребята любят страшные сказки, но ?очарование страшным? ? не обязательно жестокость. В лучших книгах оно воссоздается художественными, поэтическими средствами, например, в русской народной сказке ?Медведь? в пересказе К.Ушинского, в мифах Древней Греции, где Геракл убивал не людей, а чудовищ, многоглавых гидр и драконов. И сказка, и мифы оканчиваются благополучно в то время, как в устрашающих произведениях, по мысли А.Гуггенбюля, финал должен быть зловещим и безысходным. Так построены и многие триллеры, часто передающие мировосприятие душевнобольных людей с их слуховыми и зрительными галлюцинациями, что вообще опасно, особенно для нервных, впечатлительных детей.
В сущности, книга А.Гуггенбюля ? теоретическое обоснование и оправдание современного деструктивного искусства, которое ныне господствует на телеэкранах всего мира, и получило широкое распространение в литературе, в том числе ? детской. Я не психотерапевт, и не мне судить, как лечить патологически агрессивного и жестокого ребенка, но для нормальных, обычных детей эта практика, по-моему, не пригодна и опровергается жизнью. Так, по данным американских социальных психологов, средний подросток к двенадцати годам успевает посмотреть по телевизору 100 тысяч сцен насилия. Если бы виртуальные переживания вели к умиротворению, то мы давно бы жили в мире идиллий. Но, увы, сам же А.Гуггенбюль в главе ?Насилие в средствах массовой информации? говорит, что дети по-разному реагируют на сцены насилия: у одних они вызывают отвращение и испуг, другие действительно виртуально удовлетворяют свое природное стремление к агрессии, а для третьих ? это пример для подражания, тем более, что жестокость современный ребенок видит с самых ранних лет, воспринимая ее как норму жизни. Замечено, что в наши дни многие дети спокойно созерцают, как на экране мучают, пытают человека; не уверена, что равнодушие к страданиям людей не перейдет и в жизнь. Во всяком случае, библиотекари заметили изменения в читательской психологии современных ребят: если раньше детей увлекали книги, вызывающие сильные переживания, то теперь многие младшие школьники не хотят сопереживать, а жаждут вечного веселья и забав, поэтому им скучны такие рассказы, как ?Белый пудель? А.Куприна и ?Гуттаперчевый мальчик? А.Григоровича, над которыми прежде было пролито столько детских слез.
Противоречивость, непоследовательность А.Гуггенбюля проявилась и в отношении к детскому чтению. С одной стороны, он предпочитает давать детям иррациональные произведения, а с другой ? очень точно сформулировал духовную деятельность ребенка, читающего книгу: она в познании реальной действительности и самого себя.
?Мифы и сказки, предлагаемые вниманию детей, ? писал он, ? должны содержать проблемы, трудности и искушения, с которыми дети сталкиваются в классе?. При этом он подчеркивал психологический аспект сходства, т.е. мыслей, чувств, переживаний. Понимание детского чтения как труда души полностью совпадает со взглядами В.Сухомлинского, который главный смысл руководства чтением видел в том, чтобы с малых лет и на всю жизнь выработать у растущего человека внутреннюю потребность в том, чтобы, читая, размышлять о жизни, о себе, о человеческих отношения и получать от этого величайшее наслаждение.
Подчеркивая сходство педагогов, отметим и различие, правда, по частному вопросу: А.Гуггенбюль считает морализирование, назидательность ? неэффективными, а В.Сухомлинский, следуя традициям Л.Толстого и К.Ушинского, сочинял для детей младшего возраста поучительные притчи (?Старый пес?, ?Материнское счастье?, ?Потому, что я человек? и др.), а для старших ? ?Поучения?, перечни добродетелей и пороков (?Что значит быть хорошим сыном (дочерью)?, ?Как воспитать в себе чувство совести?, ?Законы дружбы?, ?Кодекс человеческой порядочности? и др.).
Почему В.Сухомлинский писал поучения? Потому что главным методом воспитания он считал ?слово? ? самое важное и самое трудное, что есть в педагогике. Но ?слово? воздействует только в том случае, если ребенок ?хочет быть хорошим? и ему позарез надо узнать, как им стать. Книга ? это тоже слово ? слово великих поэтов, писателей, ученых и просто умных, талантливых и благородных людей, поэтому ей В.Сухомлинский придавал огромное значение, о чем скажем позднее, а сейчас отметим, что и А.Гуггенбюль и В.Сухомлинский считали, что человека, даже маленького, нельзя воспитать против его воли: ?можно принудить к поступку, но заставить быть невозможно?, - говорил Василий Александрович и развил эту мысль в ряде своих высказываний: ?Никакой воспитатель не может утвердить в душе ребенка хорошее, если сам ребенок не стремится к этому. И еще: помните, мать и отец, воспитатель и ученый педагог, что? единственная реальная сила воспитания ? стремление быть хорошим. Ни на что другое опираться нам нет возможности. Все остальное пустопорожняя болтовня?.
Итак, оба педагога едины в том, что человека нельзя воспитывать против его воли. Но из этого правильного постулата они делают прямо противоположные выводы. А.Гуггенбюль считает, что надо поменьше вмешиваться в дела ребят. В частности, в этом духе он выразился в связи с массовым хулиганством детей и подростков на улицах Цюриха, о которых уже шла речь. А.В.Сухомлинский ? сторонник постоянного, непрерывного воспитательного воздействия на ребенка, но через стимулы, активизирующие его желание волю в нужном направлении. Поясню эту мысль бытовым примером.
В 3-ем классе, после лета, Настя никак не могла войти в рабочий режим и каждый день приносила из школы двойки и замечания. Не помогал ни кнут, ни пряник. Тогда я сказала: ?Мама не может поправиться (она болела тогда), потому что нервничает из-за тебя, и болезнь не отпускает ее, видишь, какая она худая и бледная?. Воздействие на ребенка ? прямое и быстрое. Уже на другой день Настя при ее хорошей подготовке принесла из школы четверки и пятерки. Сначала она очень старалась для мамы, а затем втянулась в ученье, вошла во вкус. Конечно, как у всех детей, у нее и потом были срывы, и всякий раз приходилось что-то придумывать, чтобы стимулировать ее внутренние силы для преодоления трудностей. Воспитание потому и творчество, что каждый случай индивидуален и требует размышлений и новых решений, порой ошибаешься, не всегда получается, но главное найти новый повод для стимула. В.Сухомлинский считал книгу самым мощным и постоянным стимулом для мобилизации внутренних сил ребят, на самоусовершенствование, самообразование и самовоспитание.
Сегодня в наших школах, слава Богу, нет пока еще такого кошмара, как в Швейцарии, но тенденция на ужесточение нравов просматривается со всей очевидностью, известен и рост детской (подростковой) агрессии и насилия вплоть до ее криминализации. В СМИ сейчас много пишут о социальных корнях этого явления и экономических путях его преодоления, меньше акцентируются вопросы воспитания, особенно важные для профилактики зла, ибо человек, как известно, не рождается бандитом, убийцей и вором.
В решении задачи гуманизации людей первостепенное значение принадлежит книге, используемой буквально с первых лет жизни ?дитяти?. Сейчас, к счастью, стали говорить о роли книги для воспитания у детей толерантности и даже составляют списки произведений для детей разного возраста о доброжелательности, уважительности, терпимости. Показывать детям образцы правильного поведения всегда полезно, но главное все-таки в другом: не воспитание отдельных черт характера (это мы уже проходили!), а воспитание личности, воспитание активного, волевого человека с гуманными представлениями о целях, о смысле жизни, о ее качестве с приоритетом духовности (любовь к семье, Отечеству, науке, искусству и т.д.). Такого человека без книги не вырастишь. Какие страстные, какие пронзительные слова находил В.Сухомлинский, говоря о необходимости приобщения каждого ребенка к чтению: ?Я добивался и того, чтобы без чтения и перечитывания любимых книг, без уединения за любимой книгой жизнь казалась моим мальчикам и девочкам мрачной темницей (подчеркнуто мною ? И.Т.). Чтобы бесценным и вечным богатством человек считал только книгу ? все остальное преходяще? и еще: ?Я вижу воспитательную задачу исключительной важности в том, чтобы чтение стало самой сильной, неодолимой духовной страстью каждого ребенка, чтобы в книге человек на всю жизнь нашел привлекательное и роскошное общение с мыслью, красотой, величием человеческого духа, неисчерпаемым источником знаний. Эта одна из элементарных закономерностей воспитания: если человек не нашел в школе мира книг, если этот мир не открывал перед ним интеллектуальных радостей бытия, школа ничего ему не дала и он ушел в жизнь с пустой душой?.
Отметим три основные черты В.Сухомлинского как руководителя детским чтением. Во-первых, великий педагог считал, что ребенка надо научить воспринимать и наслаждаться литературой как искусством слова, и что для этого особенно благоприятны первые годы жизни, когда каждый человек ? гениальный лингвист. Свой опыт работы с малышами он описал в книге ?Сердце отдаю детям?. Во-вторых, В.Сухомлинский строго относился к отбору книг для детского чтения. Он экономил духовные силы ребенка и воспитывал у него хороший художественный вкус ? надежный иммунитет против пошлости и низкопробного чтива. В его школе была так называемая ?Вечная библиотека? ? так возвышенно и поэтично он называл классику отечественной и зарубежной литературы, лучшие книги современных авторов, художественные и познавательные: ?невозможно допустить, чтобы в эту библиотеку попала хоть одна ?однодневка? и в то же время нельзя пропустить ни одной ценной вещи?. В третьих, как всегда у Сухомлинского-диалектика: при строгом руководстве он, тем не менее, считал свободу чтения обязательным условием его эффективности: ?Чтение без принуждения, чтение без установки на запоминание ? главное условие развития умственных способностей, становление творческого ума и ? нравственности?. Его старшеклассники ежедневно просыпались на два часа раньше, чтобы утром, когда душа еще не замутнена будничными впечатлениями, читать достойные книги, духовно общаясь с их авторами.
Высокое читательское развитие учеников В.Сухомлинского объясняется и тем, что в его школе, как в то время повсеместно, существовала пионерская организация, которая, как известно, окружала книгу романтическим ореолом: чтение рассматривалось как выполнение октябрятского (пионерского) долга, а в самодеятельности октябрятских звездочек и пионерских звеньев большое место занимали различные формы работы с книгой: громкие чтения и литературные игры, викторины, конкурсы, театральные инициативы и др.
А.Гуггенбюль, повторяем, придает большое значение ритуалам и традициям в воспитании, что подтверждается и нашим опытом. В последнее десятилетие было несколько попыток заменить пионерскую организацию английским движением скаутов ? не вышло, потому что не связана с нашими национальными корнями. Думается, что нет никаких доводов против восстановления пионерской организации с идеологией общечеловеческих ценностей.
В советские времена чтение из потребности думать и чувствовать было присуще большинству нашего народа ? самого в ту пору читающего народа в мире. Сейчас положение в корне изменилось.
Мне уже доводилось писать о том, что это несчастие произошло из-за того, что в начале 90-х годов распалось государственная система руководства детским чтением, основанная на традициях русской национальной педагогики, у истоков которой стояли Л.Толстой и К.Ушинский. Без возрождения этих традиций проблему воспитания у подрастающего поколения толерантности нам не решить. И вот почему А.Гуггенбюль предлагает для профилактики и борьбы с детской (подростковой) агрессией и насилием психотерапевтические средства. Они полезны, и хорошо, что в последние годы у нас созданы службы психологической поддержки, такие, как ?телефон доверия?, хорошо, что в библиотековедении стало развиваться такое направление, как библиотерапия. Но это скорая помощь при экстремальных обстоятельствах, до которых и доводить-то нельзя. Психотерапия локальна и не снимает причин агрессии и возможных рецидивов. Единственное радикальное средство против экстремизма и жестокости ? это, как уже было сказано, - воспитание всесторонне развитого образованного и гуманного человека, патриота своей страны. В условиях рыночной экономики роль такого воспитания возрастает еще и потому, что готовит людей к социальному партнерству и сотрудничеству ? залогу стабильности и процветания нашей Родины.
А воспитать таких людей, приобщенных к высотам человеческой культуры, повторяем, без книги и принципиального улучшения руководства детским чтением невозможно.




 

АК@ДЕМИЧЕСКИЕ КУРСЫ

Диски с уникальными авторскими видеолекциями, по актуальным вопросам современной школы
 Навигация
Первая страница
Читаем официальные материалы
Наши проблемы
Заочная школа библиотекаря
В объективе - регион
Конференции, совещания, семинары
Повышаем свою квалификацию
Адрес опыта
Из истории российского учебника
С компьютером на "ты"
Диалог поколений
Сценарии
Библиограф рекомендует
Читалка "ШБ"
Журнал в журнале
Диалог поколений
У наших зарубежных коллег
Звонок на урок

 Поиск
 

 Партнеры
Первое в России электронное еженедельное издание для незрячих 'Колесо познаний' Редакция еженедельника "Колесо познаний" приглашает к сотрудничеству творческих педагогов, специалистов по вопросам инклюзивного и специального образования.
Авторам предоставляется документ о публикации

Первая страница | Читаем официальные материалы | Наши проблемы | Заочная школа библиотекаря | В объективе - регион | Конференции, совещания, семинары | Повышаем свою квалификацию | Адрес опыта | Из истории российского учебника | С компьютером на "ты" | Диалог поколений | Сценарии | Библиограф рекомендует | Читалка "ШБ" | Журнал в журнале | Диалог поколений | У наших зарубежных коллег | Звонок на урок |

© 2001 Школьная библиотека